Главная / Личность / Стальной браслет, или История любви Полины Гебль

Стальной браслет, или История любви Полины Гебль

С Нижним Новгородом связана одна из самых романтичных историй любви, воспетых в мировой литературе. Именно о ней поведал современникам Александр Дюма в «Учителе фехтования», а Владимир Мотыль ─ в культовом фильме «Звезда пленительного счастья». Речь о полной испытаний и самопожертвования любви декабриста Ивана Анненкова и француженки Полины Гёбль, последовавшей за мужем в Сибирь.   

Завидный жених

…Мать Ивана Анненкова была первой богачкой Москвы, слыла дамой «с характером» и содержала в своём московском доме штат прислуги, по численности превышавший население целой деревни. Дети, Григорий и Иван, получили домашнее воспитание, затем учились в лицее при Московском университете.

В 1824 году старший брат Григорий Анненков был убит на дуэли, и наследником всего огромного состояния стал его младший брат Иван.

Кавалергард Генерального штаба Иван Александрович летом знакомится с Полиной Гёбль — дочерью наполеоновского офицера, приехавшей в Москву в качестве модистки на работу в торговой фирме «Дюманси».

Полина родилась во Франции в знатной семье, но из-за революции ее родственники потеряли все имеющиеся ранее привилегии, отец погиб, когда она была еще ребенком, и девушке пришлось с ранних лет трудиться модисткой.

Полина переехала в Россию и поступила на работу в модный салон, где нередко бывала графиня Анна Анненкова, которую часто сопровождал сын, блестящий офицер Иван Анненков. Это семейство являлось одним из наиболее родовитых и обеспеченных в тогдашней Москве, на руку Анненкова претендовали многие очаровательные девушки, но он сам вовсе не торопился жениться.

Все изменилось с момента встречи Ивана и Полины в 1821 году. На молодого мужчину произвели прекрасное впечатление не только красота юной француженки, но и ее изящные манеры, скромное, но в то же время исполненное достоинства поведение.

Полина вспоминала: «Оба мы были молоды, он был чрезвычайно красив собою, необыкновенно симпатичен, умен и пользовался большим успехом в обществе. Совершенно понятно, что я не могла не увлечься им. Но целая бездна разделяла нас. Он был знатен и богат, я ─ бедная девушка, существовавшая своим трудом. Разница положений и чувство гордости заставляли меня держаться осторожно, тем более, что в то время я с недоверием иностранки относилась к русским…»

Молодые люди вновь встретились на ярмарке в Пензе в 1824 году. Полина приехала вместе с магазином «Дюманси». Иван Александрович прибыл туда «ремонтёром» — заниматься закупкой лошадей для полка, при себе у него была большая сумма казённых денег.

Полине стало известно, что группа карточных шулеров наметила «богатенького» кавалергарда своей жертвой, надеясь если не обыграть его, так ограбить. Француженке удалось предупредить Анненкова, и благодаря этому он избежал крупных неприятностей.

Поручик, казалось, совершенно потерял голову от любви: он увёз Полину путешествовать по своим имениям в Пензенской и Нижегородской губерниях. Во время путешествия мадмуазель Гёбль отлично разобралась в семейных отношениях Анненковых. Она быстро поняла, что Иван ─ человек несамостоятельный в поступках, избалованный барчук, который и в поездке по имениям лишь исполняет волю своей самовластной маменьки, не решаясь что-либо предпринять без её ведома.

Вскоре он предложил мадемуазель Гёбль вступить с ним в брак тайным образом, не скрывая от него, что мать никогда не разрешит ему подобного союза. В одной из своих деревень он договорился со священником и нашёл свидетелей, чтобы обвенчаться с Полиной, но она, боясь гнева матери, отказалась от обряда и сбежала прямо из-под венца.

Испытание Сенатской площадью

Вскоре восстание перевернуло все их планы и мечты. 14 декабря 1825 года Анненков был на Сенатской площади, но по противоположную сторону от своих товарищей: командовал взводом кавалергардов, охранявших правительственную артиллерию. После разгрома восстания был арестован по подозрению в причастности к тайному обществу. На следствии, сломленный заключением в крепости, сам оговорил себя, признав свою осведомленность в замыслах цареубийства ─ «знал, но не донес».

При допросе самим государем Николаем I молодой человек четко ответил, что для него немыслимо было бы донести на товарищей и раскрыть существование тайной группы. Вскоре француженка узнала и о том, что Иван пытался убить себя, считая, что возлюбленная его оставила, ведь он давно не получал никаких известий от Полины.

10 декабря 1826 года Анненкова отправили на двадцатилетний срок каторги в Сибирь, и в январе 1827-го Иван Александрович был доставлен в Читинский острог.

Мать Ивана не проявляла никакого интереса к судьбе сына, вступившего в ряды «бунтовщиков», ее также нисколько не беспокоила его возлюбленная-иностранка. Гордая, эгоистичная и черствая, она никогда бы не позволила сыну жениться на девушке, не равной ему по происхождению.

В это время мадемуазель Гёбль уже ожидала от него ребенка, в апреле 1826 года она родила дочь Александру и в течение нескольких месяцев находилась в весьма тяжелом состоянии, лежала долгое время в горячке, лишенная какой бы то ни было финансовой и моральной поддержки.

Услышав о появлении внучки, Анна Ивановна прислала Полине некоторую сумму денег и принялась настойчиво узнавать, является ли мать девочки законной супругой Анненкова, ведь в таком случае малышка могла стать наследницей всего состояния и лишить всяких надежд жадных родственников, дожидавшихся ухода из жизни пожилой графини

Осенью 1826 года Полина намеревалась устроить своему возлюбленному побег за границу. Однако на подкуп охраны и покупку фальшивых документов требовались немалые средства, и Полине ничего не оставалось, кроме как обратиться к матери Анненкова. При личном свидании Анна Ивановна решительно отвергла этот вариант, но избранница сына ей очень понравилась.

Анненкова жестко ответила, что ее сын должен достойно принять то, что ему теперь полагается, и ни о каком бегстве не может идти и речи. Как следует из воспоминаний Полины Гёбль, между графиней и бывшей модисткой, наконец, установились дружеские отношения. Однако к полному взаимопониманию свекровь и невестка так и не пришли.

Молодая мать приняла решение непременно отправиться в Сибирь к Анненкову.
Чужестранке, которая с трудом изъяснялась по-русски, пришлось самой пройти весь путь противостояния с российскими чиновниками, добиться личного свидания с императором и получить его разрешение на поездку в Сибирь.

В своих воспоминаниях Полина Анненкова так описывает это событие:
«Когда я явилась в канцелярию, там было множество народу. Мне подали бумагу, писанную по-русски, я читать не могла и передала Степану, чтобы он перевел мне. Бумага была о том, что государь император разрешает мне ехать в Сибирь. Я с радости, забыв где я, начала хлопать в ладоши и прыгать, повторяя: "Я получила разрешение ехать в Сибирь!" (все говорили, что я с ума сошла). Мой веселый характер, несмотря ни на какие испытания и горе, беспрестанно брал верх над всем…»

Сам император остался под большим впечатлением от разговора с ней. «Та, что не усомнилась в своём сердце», ─ говорил он об отважной француженке, что последовала за любимым в Сибирь.

Высочайшим повелением Полине Гёбль было разрешено положить в банк и расходовать по своему усмотрению те средства, что находились при её муже во время ареста (60 тысяч рублей).

Дочери Полины, рождённой вне брака, разрешалось носить фамилию Анненкова и наследовать состояние своей бабушки. Александра оставалась в Москве при Анне Ивановне вплоть до её смерти.

Однако всё огромное состояние Анненковых уже в конце 1830-х годов было растрачено и разворовано родственниками-опекунами. Внучке ничего не досталось, и многодетная семья Анненковых в последние годы ссылки сильно нуждалась.

Свадьба в Сибири

Многие считали, что Николай I вознамерился лишь «пошутить», «попугать» своих подданных столь суровой мерой, и ссылка не продлится более двух лет. Того же мнения придерживалась и Анна Ивановна Анненкова. Она долго противилась желанию Полины следовать за её сыном, дабы выйти замуж за каторжника и разделить его участь.

Тем не менее, Полина  добирается до Читы, а в апреле 1828 года мадемуазель Гёбль была обвенчана с Иваном Анненковым.

Венчание Полины Гёбль и Ивана Анненкова состоялось 4 апреля 1828 года в читинской церкви. «Это была любопытная и, может быть, единственная свадьба в мире, ─ вспоминал декабрист Н.В. Басаргин. ─ На время венчания с Анненкова сняли железа и сейчас же по окончании обряда опять надели и увели обратно в тюрьму».

Полина, дважды отказавшаяся венчаться с самым завидным женихом Москвы, стала женой ссыльнокаторжного и была счастлива. Она приняла православие и стала Прасковьей (Пелагеей) Егоровной Анненковой. И провела в крайне суровых условиях этого края около трех десятков лет ради того, чтобы не расставаться с горячо любимым человеком.

Жизнь каторжников и их семей была крайне тяжела, но Прасковья Анненкова через некоторое время завоевала всеобщее уважение не покидающим ее оптимизмом, трудолюбием, стойкостью. Ее не сломило даже то, что из 18 рожденных ею детей выжили только шестеро.

Француженка быстро сошлась с другими жёнами осуждённых декабристов и пользовалась в их обществе непререкаемым авторитетом. Никто из знатных княгинь и бывших великосветских дам не имел той практической хватки, что была присуща эмигрантке. Полина умела шить, стирать, готовить обеды и смогла по-настоящему облегчить суровый быт заключённых в Сибири. Женщина с несгибаемым достоинством и мужеством вынесла все испытания, унижения и лишения, имя Прасковьи Егоровны Анненковой остается одним из наиболее почитаемых в ряду супруг мужчин, решившихся разделить с мужьями все тяготы их судеб.

В письме в 1841 года И.И. Пущин характеризует Полину Анненкову почти как чеховскую «душечку»: «Вы знаете, что я не большой поклонник г-жи Анненковой, но не могу не отдать ей справедливости: она с неимоверною любовью смотрит на своего мужа, которого женой я никак бы не хотел быть. Часто имею случай видеть, как она даже недостатки его старается выставить добродетелью. Редко ей удается убедить других в этом случае, но такого намерения нельзя не уважать. Ко всем нашим она питает такое чувство, которое не все заслуживают. Спасибо ей и за то…».

В письмах и воспоминаниях многие декабристы упоминали черты безволия, нерешительности, капризность и себялюбие, присущие характеру И.А. Анненкова, его тяжелый характер и, в то же время единодушно отмечали самоотверженность Полины, её способность при любых обстоятельствах сохранять веселость, жизнерадостность, излучать доброту, энергию. Очевидно, что всю совместную жизнь она была и оставалась лидером в супружеском союзе, той самой путеводной «звездой», которая позволила Анненкову пережить каторгу, ссылку, потерю состояния и при этом остаться верным своим убеждениям и долгу человеком, гражданином, отцом многочисленного семейства.

О роли Полины Гёбль-Анненковой в жизни И.А. Анненкова, хорошо сказал сын декабриста Евгений Иванович Якушкин: «Упасть духом он (т.е. Анненков) мог бы скорее всякого другого, но его спасала жена. Как бы ни были стеснены обстоятельства, она смеется и поневоле поддерживает бодрость в других… Анненков женился на ней и хорошо сделал, потому что без нее со своим характером совершенно погиб бы».

Нижний Новгород и Александр Дюма

…В 1839 году Иван, благодаря настойчивым просьбам его матери, поступил на гражданскую службу в Тобольске. Там семья Анненковых прожила вплоть до самой амнистии в 1856 году.

После тридцати лет жизни в Сибири Анненковы перебрались в Нижний Новгород. На дворе стоял 1857 год. В Санкт-Петербург и Москву им был въезд заказан. А вот в Нижнем Новгороде супруги прожили душа в душу еще почти двадцать лет.

Освободившись по амнистии, граф Иван Александрович Анненков был восстановлен в правах, получил чин титулярного советника и назначен состоять сверх штата для особых поручений при нижегородском губернаторе - декабристе А.Н. Муравьеве.

Будучи чиновником по особым поручениям при губернаторе, Иван Александрович служил членом комитета по улучшению быта помещичьих крестьян, участвовал в подготовке реформ 1861 года, неоднократно избирался в мировые судьи. Пять раз подряд нижегородское дворянство избирало Ивана Александровича Анненкова своим предводителем.

…С годами он становился все раздражительнее, а Полина Егоровна, постаревшая, располневшая, всё так же снисходительно относилась к любимому мужу, весёлостью и мягкостью смиряя его тяжёлый нрав. До самой смерти Полина Анненкова не снимала с руки браслета, отлитого Николаем Бестужевым из кандалов её мужа.

До последних дней женщина усиленно заботилась об Иване, который с течением времени становился все более угрюмым и раздражительным, более того, у него в старости началось психическое расстройство. Прасковья никогда и ни в чем его не упрекала, продолжая преданно ухаживать за супругом.

Иван Александрович ненадолго пережил свою супругу. Скончался он 27 января 1878 года. Супруги Анненковы были похоронены на Крестовоздвиженском кладбище в Нижнем Новгороде.

…Эта романтическая история, положенная в основу художественных произведений и сценариев кинофильмов, выглядит настолько похожей на сказку или художественный вымысел, что позволяет усомниться в её реальности.

Известно, что решительная француженка не раз самостоятельно пробиралась в Петропавловскую крепость для свиданий с Иваном. Её союзником в этих мероприятиях стал бывший учитель фехтования братьев Анненковых ─ француз Гризье. Впоследствии он поведал романтическую историю любви русского декабриста и Полины Гебль писателю Александру Дюма, который написал роман «Учитель фехтования», в котором описал эту историю любви.

В 1858 году французский писатель, путешествуя по Волге, специально заехал в Нижний Новгород, дабы встретиться с прототипами своего произведения ─ бывшим ссыльным декабристом Иваном Александровичем Анненковым и его женой ─ Пелагеей Егоровной (Полиной Гебль). Трогательная встреча состоялась в доме военного губернатора в нижегородском Кремле.

До сих пор в Нижнем Новгороде сохранился дом, где в 1861-1870 гг. жили декабрист И.А. Анненков и его жена Прасковья (Пелагея) Егоровна. Находится он на улице Большой Печерской, 16 и хорошо известен поклонникам знаменитой пары.  

А в 1975 году, в 150-летию восстания декабристов, в России вышел художественный фильм режиссера Владимира Мотыля «Звезда пленительного счастья», в основу которого легла история удивительной и красивой любви четы Анненковых. Любви, которая сквозь столетия трогает сердца все новых и новых поколений.

Светлана АККУЗИНА. Фото из открытых источников.

Полина Гебль и Иван Анненков.

Кадр из фильма "Звезда пленительного счастья". В главных ролях - Игорь Костолевский и Эва Шикульска.

21:25 23 февраля 2021