Главная / Ретрофлот / Полярные первопроходцы
logo

Полярные первопроходцы

Уже в середине XVIII века мореходы Архангельского Севера впервые занялись изучением Арктики. Одной из первых за «холодный край» взялась Великая Северная экспедиция. Организованная в 30-х года XVIII века по указу Сената, по масштабу и значению она не имела себе равных во всей истории географических исследований.

Экспедиция работала десять лет, с 1733 по 1734  год. Из семи отправленных на север отрядов четыре имели целью описание побережья страны от Белого моря до Берингова пролива. Описание северного берега от Печоры до устья реки Оби было главной задачей западного (Двинско-Обского) отряда, исходной базой которого служил Архангельск.

Губернская канцелярия и начальник порта непосредственно занимались подготовкой экспедиции: организовали постройку судов и заготовку провианта, комплектовали команду из знакомых с местностью людей. При этом все подготовительные работы велись, как указывала Адмиралтейств-коллегия (главное судостроительное ведомство того времени), «с постепением».

Первый «Северный поход»

В целях безопасности плавания было решено построить на судоверфях Архангельска два коча, получивших название «Экспедицион» и «Обь». Кочи имели сравнительно небольшие размеры: длина – 16 метров, ширина – 4,3 метра. Осадку судов определили в 2,4 метра.  Флот снабжался продовольствием с учётом опыта арктических походов и зимовок поморов.

В состав отряда входил 51 человек, в том числе: два рудознатца, два подлекаря, лоцманы и кормщики из Мезени Андрей Шняков, Давид Рогачёв, Михаил Южин и Иван Нагибин. Начальником западного отряда и командиром коча «Экспедицион» был назначен лейтенант С. Муравьёв. Командиром коча «Обь» определён лейтенант М. Павлов.

Суда отправились в плавание 21 июля 1734 года (все даты определяются по новому стилю). 05 августа путешественники вошли в пролив Югорский Шар, соединяющий южные части Баренцева и Карского морей. В течение трёхдневной стоянки здесь было проведено описание южных берегов острова Вайгач. Сюда выезжал рудознатец. 9 августа кочи продолжили плавание вдоль западного берега Ямала и 29 августа достигли 72º35 северной широты.

Ещё в начале августа среди участников экспедиции началась цинга, заболело более 10 человек. Продвигаться вперёд становилось всё труднее и труднее. Учитывая сложность обстановки, позднее время, ухудшение погоды, Муравьёв приказал повернуть обратно.

В поисках района зимовки, после остановок в устье Кары, в Югорском Шаре, суда направились на Печору. Здесь, в становище Тельвиска, они в конце сентября встали на зимовку. Экипажи были расквартированы в действующем тогда Пустозерске.

По распоряжению Адмиралтейств-коллегии, плавание полярников XVIII века продолжилось и в следующем, 1735 году. 12 июня суда вышли в устье Печоры. 26 августа миновали Югорский Шар, но в Карском море ледовая обстановка оказалась очень тяжёлой, продвижение вперед было сильно затруднено.

И всё же Муравьёв смог достичь 73º04, а Павлов ─ 73º11 северной широты, после чего суда повернули обратно и в первых числах октября снова зазимовали у становища Тельвиска.

Новое назначение

Двухлетнее плавание судов западного отряда не решило основной задачи, поэтому командиром назначается лейтенант Степан Гаврилович Малыгин. Человек волевой, один из образованнейших моряков своего времени. Его перу, в частности, принадлежит первое на русском языке руководство по навигации. Малыгин направился в Пустозерск, к месту зимовки отряда.

Кочи, на которых плавали Муравьёв и Павлов, имели низкие мореходные качества (на них, по отзыву Муравьёва, было нельзя «ниже лавировать, ниже дрейфовать»). Посему Адмиралтейств-коллегия постановила построить в Архангельске, для отряда, две дубель-шлюпки. Однако в дальнейшем, по предложению специалистов Архангельского порта, они были заменены палубными ботами. Построили их на Соломбальской верфи Архангельска к весне 1736 года.

Командирами ботов стали лейтенанты А. Скуратов и И. Сухотин. Экипаж бота «Первого» состоял из 25 человек и «Второго» ─ из 24 человек. Кормщиками на новых полярных судах назначены мезенцы И. Откупщиков, Д. Брагин, Д. Протопопов, И. Кудеев, а также Афанасий Юшков, бывший, по определению первого архангельского историка Василия Крестинина, «первым среди мезенских мореходов».

Боты вышли из Архангельска в начале июля 1736 года. В начале августа они встретились с кочем «Экспедицион», на котором Малыгин пришёл к назначенному месту. Все три судна от острова Матвеева направились в Югорский Шар. Здесь Малыгин перешёл на бот «Первый» и назначил командиром бота «Второй» Скуратова. Коч «Обь», непригодный к дальнейшему использованию, под командой лейтенанта Сухотина был отправлен в Архангельск. Туда он успешно добрался 12 сентября 1736 года.

Поход Малыгина также оказался неудачным. В Карском море суда затёрло льдами, так что полярникам пришлось зимовать в устье реки Кары. Оставив здесь часть команды, Малыгин с остальными членами экспедиции уехал на зимовку в Обдорск (современный Салехард).

В середине июля 1737 года началось четвёртое плавание, во время которого участники экспедиции заносили на карту и делали описание берегов Ямала, наблюдали течения, промеряли глубины, брали грунты морского дна.

04 августа 1737 года суда вошли в пролив, отделяющий полуостров Ямал от острова Белого. Этот пролив впоследствии, по предложению будущего полярника Норденшельда, будет назван проливом Малыгина. Плавание по проливу продолжалось медленно. Только через 19 дней суда вошли в Обскую губу, а лишь 3 ноября достигли устья Оби и Обдорска.

Затем была назначена зимовка в Березове, месте упокоения петровского фаворита Александра Меньшикова. Здесь Малыгин передал командование лейтенанту Скуратову, направившись после этого в Санкт-Петербург. 20 марта 1738 года Адмиратейств-коллегия заслушала его рапорт об окончании плавания. Моряк предоставил высокому собранию все накопленные материалы: карты, отчеты и т.д. В результате четырехлетней экспедиции удалось достичь главной цели ─ пройти из Архангельска в Обь. Важнейшую роль в этом плавании безусловно сыграли поморы-кормщики и главные знатоки этих мест ненцы-проводники.

Обратное плавание судов началось 25 июня 1738 года. После вынужденной зимовки, вызванной сложной ледовой обстановкой и быстрым наступлением холодов в районе Кары, суда наконец-то вернулись в Архангельск. 25 августа 1739 года они отдали якоря напротив Соломбальской судоверфи.

Важнейшим итогом экспедиции стало появление первой карты арктического побережья, основанной на инструментальных наблюдениях.

Начальник Штурманской роты

Наиболее заметным деятелем Великих северных экспедиций стал Степан Гаврилович Малыгин. В 1743 году уже Елизавета II удостоила его высоким званием капитана I ранга. Опытного морехода пригласили в Штурманскую роту. Вначале в качестве преподавателя, а потом и начальника.

Он смог добиться выделения для роты корабля, на котором подрастающее поколение будущих штурманов смогло бы совместить теоретические знания с практической работой. И такой корабль будущим штурманам вскоре был выделен. Им стал фрегат «Амстердам-Галей». Это было далеко не рядовое судно. К 40-м годам XVIII века оно уже успело отметиться в войне за польское наследство. Попав же в руки Штурманской роты, оно стало первым в России учебно-парусным судном, чем-то вроде современных барков «Крузенштерн» и «Седов».

В мае 1743 года парусник вышел в свой первый рейс из Кронштадта в Архангельск. На его борту находилась команда, набранная из опытных «служивых» моряков и 40 практикантов. К сожалению, первый рейс своеобразного «учебного пособия» стал последним. В районе острова Борнхольм в Балтийском море корабль попал в жестокий шторм, в результате чего он был вынесен к берегам Померании. Попытка закрепить судно на якоре не удалась. «Амстердам –Галей» был выброшен на берег и разбит. В результате кораблекрушения погибло три моряка, как написал Малыгин в своём рапорте, «от мокроты и стужи».

Сам Степан Гаврилович в итоге дослужился до звания капитан-командора. Получил он его в 1762 году. К сожалению, незадолго до смерти, случившейся 1 августа 1764 года.

Человек и пароход

Имя Малыгина не забыто. В его честь, например, названо научно-исследовательское судно «Степан Малыгин». Оно было построено в финском городе Турку в 1971 году. Его водоизмещение составило 1420 тонн. Длина ─ 66,8 метров, ширина ─ 11,9 метров. Осадка судна составила 4,1 метр. Максимальная скорость судна ─ 13,9 узлов.

В свой первый рейс судно отправилось 6 января 1976 года. До 21 марта того же года оно, будучи приписанным к Дальневосточному отделению АН СССР, проводило акустико-океанологические исследования в Охотском, Филиппинском и Южно-Китайском морях по программе «Физика океана». Впервые одновременно измерялись тонкая структура акустических сигналов и параметры неоднородной морской среды (температура, солёность, скорость звука и течений), анализировалась их взаимосвязь. В ходе измерений был определён коэффициент отражения звукового сигнала от дна, исследована эффективность распространения сложных фазоманипулированных  сигналов, изучены возможности когерентного восстановления сигналов, искаженных многолучевостью. Работами руководил кандидат физико-математических наук Шимлов Ю. С.

Во втором рейсе судна выполнялись две океанографические съемки южного потока Куросио в районе южного субарктического фронта. Обнаружены особенности связи между содержанием зоопланктона, слоя температурного скачка и положением звуко-рассеивающего слоя.

В 1990-е году судно находилось в составе Архангельской гидрографической базы. В 1998 году НИС забросили в Находку, где его распилили на металл.

Ледокольный пароход

А вот судьба его предшественника ─ ледокольного парохода «Малыгин» ─ стала по- настоящему знаменитой. Судно было приобретено у Англии в самом начале Первой мировой войны. Звали его изначально «Брюс». Это грузовое ледокольно-транспортное судно в длину составляло 78,9 метров, а в ширину ─ 11,3 метра. Высота борта ─ 7,7 метров. Первоначально пароход использовался для перевозки грузов союзников через Кольский залив к Архангельску. Для таких целей «Брюса» сразу же переименовали. Он стал носить вполне патриотическое былинное имя «Соловей Будимирович». 

В первые дни 1920 года было организовано его мощное международное спасение. Так получилось, что пароход в это время дрейфовал в Карском море. Туда его отправило белогвардейское правительство, рассчитывавшее с помощью парохода добыть в холодных северных краях продовольствия. Пока «Соловей Будимирович» странствовал во льдах, интервенты из Архангельска ушли, утащив с собой весь имевшийся на тот момент в городе ледокольный флот. Это крайне негативно сказалось на застрявшем в Карском море «Соловье Будимировиче» ─ его просто оказалось нечем спасать. Экипаж парохода, 85 человек, могли просто умереть с голоду.

В итоге «Соловей Будимирович» всё-таки был спасен. Сделал это ледокол «Святогор», который в это уже не был не только архангельским, но и российским. За участие ледокола в спасательной операции советское правительство передало Норвегии два миллиона норвежских крон. Кстати, руководил спасательной операцией известный полярный исследователь Отто Свердруп.

…Возвратившийся в Архангельск «Соловей Будимирович» был переименован. В честь первого русского полярника ледокольный пароход назвали «Малыгин». Он сыграл важную роль в освоении в 1920-30-е годы Северного морского пути.

Константин Тараканов. Фото из свободных источников.

Рисунок модели коча – первого своеобразного поморского ледокола.

Ледокольный пароход «Соловей Будимирович», переименованный в 1921 году в «Малыгин».

Научно-исследовательское судно «Степан Малыгин».

14:58
Подписывайтесь на наш Telegram-канал
Открыть в Telegram